Анекдот калории

Кликните на картинку, чтобы увидеть её в полном размере

Банановая диета на 3 дня, 7 дней, отзывы


калории анекдот

2017-10-17 14:54 1 Стихи любимому прикольные стишки Утром кофе в постель а не в кружку Я тебе Знаете анекдот? У женщин вечно две проблемы нечего надеть и что бы такого съесть, чтобы




- Доктор, у меня стреляет в боку. - O'key, Google, "стрельба в Баку".


Не верьте киношным героям, если что-то случится, то спасут мир - тихие, нескладные ботаники.


Gps навигатор nuvi 1300T, отзывы, инструкция, купить GPS

Gps навигатор nuvi 1300T, отзывы, инструкция, купить GPS

Ездила в Яровое я с подругами с танцев, решили мы отдохнуть, поехали на 1 день на Яровое Россия Алтайский край Яровое Краевой центр восстановительной медицины и реабилитации

Модная женская верхняя одежда оптом куртки женские оптом

Модная женская верхняя одежда оптом куртки женские оптом

Женские куртки и пуховики выполненные в стиле аляска в 2018 году становятся самыми Верхняя одежда оптом ООО Вел Групп компания, занимающаяся оптовой продажей женской и





Ты, конечно же, не знала То, что я конкретно знал, То, что ты тогда ласкала Не меня, а мой астрал. Говорила, что любила, Я на этот счет острил, Ты под пьаную косила, Я под трезвого косил. Но под нами был диван, А над нами потолок, Я был молод и был пьян И, конечно, одинок... Ты из рук меня поила, Я тебя, как водку, пил И острил, ты говорила, Чтоб язык я прикусил. Отомстила мне, гордячка, В миг сближенья наших тел- Назвала себя горячкой, И я просто ох... Б.Барский


Про диалог в немецкой электричке. Лето 95-го в Германии выдалось жарким. Электричка Нюрнберг-Бамберг – медлительной. Мы с другом Лехой глазели в окно и болтали о давешних впечатлениях: Нюрнбергском замке, доме Дюрера, паре пивнушек и воротах собора с колесиком счастья, которое надо куда-то вертеть. То есть в одну сторону – счастье, в другую – деньги. Что хочешь, то и выбирай. Других вариантов в немецкой логике, видимо, нет. И все крутят в сторону денег. Короче, едем мы. Глазеем. Беседуем себе потихоньку. По-русски, естественно. А напротив в купе старичок попался. Почтенный такой. Подтянутый. На голове три волосины. Зато зубы во рту фарфоровые. Как у голливудских звезд. Так вот делал он безразличный вид минут двадцать. В окно посматривал. На нас украдкой. Журнальчик листал. Раза три – от корки до корки. Потом уже на нас сосредоточился. – Казахи? – говорит (здесь и далее разговор идет на немецком). – Почему казаки? – удивились мы. Потом сообразили. Он думал про немцев из Казахстана. – Репатрианты, – подтвердил пассажир. – Да нет. Мы русские. – Евреи из России? – Да нет же – русские мы. – Русские из России? – Точно. – Тогда что вы здесь делаете? – Да вот, пригласили. – Пригласили?! – удивился немец. – Есть всякие университетские программы, – начал я, – куда подключают ученых из-за границы, – продолжил Леха. – Очень интересно! – обрадовался немец. – А я как раз против вас воевал. – Мой дед тоже против вас воевал, – уведомил я. – Под Ленинградом погиб. – Под Ленинградом не был, – вздохнул старик. – Там у меня брата убили. В сорок четвертом. – А до этого он три года людей в городе голодом морил. – Не он один. Так получилось. Мы как все. – За Родину! – вставил Леха. – Вот-вот – не до пацифизма… – согласился немец. – А все равно мы лучше воевали! Мой приятель – унтер из Нюрнберга на Крымском валу четыре ваших танка подбил. – Ну и что? – удивился Леха. – Наши ребята-Панфиловцы танковый полк под Москвой сожгли. – Ну да! – не унимался старый вояка. – А в основном стреляли неважно. Наш батальон как-то раз отступал. Так его Катюши накрыли. А я вот все равно убежал! – А выбегало сколько вас? – Леха сразу организовал статистический анализ. – Батальон – человек 900. – А прибежало? – Ну да – человек 90, – высказал немец совсем без пафоса. – 10% – подвел я итог. – Не так уж и плохо. – А снайперы! – разгорячился старик. – Я под Орлом за водой ходил. Попал под него. И снова жив остался. Он закатал рукав до локтя, обнажив правую руку. Мяса на ней не было. Только обтянутая кожей кость. – Сюда вошла, – ткнул пальцем. – Я до ночи на берегу провалялся. Не доработал он меня. В темноте наши вынесли. Три месяца лазарета, и в тыл. Куда бы я с такой рукой воевать стал? – Выходит, снайпер вам жизнь спас? – осведомился Лешка. – Выходит. Наш батальон потом под Курск перебросили. Там и остались. – Да… Мы все немного погрустили. Каждый о своем. – А знаете что?! – встрепенулся немец. Поезд как раз подходил к Бамбергу. – Давайте ко мне. Я тут неподалеку живу. – Отчего же? – решили мы согласиться. Минут через дваддцать вся компания расположилась в садике у двухэтажного особнячка. Хозяин в дом нас не пустил, но принял радушно: пиво, сосиски – все дела. Выпили, подобрели. Старик расхвастался, мол все на пенсию по инвалидности. И я решил, что да – нашим бы ветеранам… Расстались душевно. Немец тряс нам руки. Твердил: – Отличные ребята. В основном. И не стоит нам больше друг с другом биться. И мы согласились. Пошли. Помолчали. И Леха отметил, что: – Да, коротка память рода людского. Но в некотором смысле это может быть даже и хорошо.